Колыбельная

Папа, а ты боишься темноты?

Ну что ты , сынок , как можно бояться темноты? В ней тихо , в ней  спокойно , там никто тебя не видит.
Представь себе город ночью: фонари светят, бандиты тебя видят, машины сбить норовят, собаки отовсюду лают, жуть!
А представь себе ночной лес за нашей дачей. Как же там тихо, как хорошо!
Ну если только ночная птица заорёт внезапно над ухом: Увааааа!!!
Или за горами кто-то утробно кааак хрюканет: ХРЮюююмгумгумгум!
Или шакалки заплачут голосами мёртвых детей: мваймваймвай!
А ещё над проклятым холмом на пол пути к болотному ручью зажгутся синие огоньки и еле слышно зашелестит листва…
Ах, как же хорошо там ночью!
И никто там тебя никогда не найдет.

Ну что ты хнычешь?  Спи уже давай!

...

Под утро ко мне пришел умерший 7 лет назад отец.
Сели молча на край дивана, говорить о чем-то кажется нелепым, смысл говорить, когда можно вот так сидеть и молчать.
Я знаю, что это сон. Я знаю, что он давно мертв. Но это не важно.
Не важно вообще все. В том свете, что исходит от него, все желания, стремления,
свойственные нашему миру, кажутся такими глупыми, наивными...
В синем утреннем небе над городом яркая полная луна.
Беру его за руку, и в груди начинает разгораться невероятная, надчеловеческая любовь.
Слезы бегут из глаз, дыхание и сердце не справляются, тело и рассудок не особо приспособлены к таким,
не имеющим земных аналогов, чувствам.
Открываю глаза. В голове только одна мысль: Спасибо. Спасибо, что напомнил мне, как там.

Двое

Они сидели в маке, ждали заказа. Молодые парень и девушка, возможно еще подростки.
Она полноватая, улыбчивая, он... обычный парень. Невысокий, бросается в глаза большой, в оспинах нос.
Каждый в своем смартфоне, иногда перебрасываются парой слов. И тут он роняет что-то. Наклоняется, что-бы поднять, их лица рядом, он по пути чмокает ее в лобик, опять берет в руки смартфон.
Она... В маке встало солнце. Ослепило сумасшедшей какой-то надеждой, любовью, доверчивой распахнутостью навстречу.
Потянулась к нему, тронула за плечо. Еще раз. Осторожно, будто боясь что-то испортить, прикоснулась к уху...
-Что?!
Как он, глядя наконец на неё в упор, не видит этого света?
И растерянность в ответ, даже еще не облачко, просто легкая дымка набежала.
-Да ничего...
-Ну раз ничего то ничего!
И снова уткнулся.
Она смотрит на него. В глазах заходит солнце. Недоумение, легкая обида, капля... Да нет, показалось.
Обреченный, не то отталкивающий, не то прощающий жест в его сторону, глаза в смартфон.
Ну вот, всё на своих местах, как минуту назад, все хорошо.

Сон

Как картина, как фотография, мгновенный кадр, вместивший в себя всю жизнь, настроение целого мира.

Я стою на балконе своего дома, который не совсем мой дом, да и я не совсем я, но это не удивительно, ведь идет 2072 год, мне 98 лет. Ниже ростом, морщины, вроде что-то не то с ногой, и глаза. Глаза, которые видели всё. Это сложно описать, когда одновременно и пронзительная глубина, и потеря всех кого знал или любил, старая и уже спокойная потеря, и какое-то особое, уже не совсем наверное человеческое, понимание.
А вокруг огонь. Горит дом, горит город, горит воздух и само небо, огонь свивается струями и смерчами, падает кусками скатерти сверху на мир.
Но тому мне спокойно, так и должно быть, вот вышел на балкон, солнце, хорошо, ну горит, ну пора значит, давно пора. Вот только глаза...

Не проймешь

Человек шел к свету. Позади были и болезнь, и тяжелый смертный сон, осталась только дорога.
Она вела вверх, но идти было легко.
Внизу оставался его мир, о котором он почти не сожалел,а еще ниже клубилась мгла.
Он не особо рассчитывал на легкий путь, не такова была его жизнь, что бы взлететь ракетой,
минуя все преграды, и когда мрак заклубился и впереди-неожиданностью для него это не стало.

Из мрака вышел демон. В нем не было ничего величественного или грозного,
пугал он скорее омерзением и гнусностью. Страшно было стать частью этого.
Он стал на дороге так, что было понятно-просто мимо не пройти.
В нем как в кривом зеркале отражался человек. Все пороки, вся злость,
вся мерзость, сделанная за жизнь, кривлялась в нём и манила к себе.
Глядя на него хотелось развернуться и бежать вниз, от света,
в спасительную мглу, и спрятавшись в ней забыть навсегда о дороге.
Человек замер на мгновенье и сделал шаг вперед. Демон зарычал.
Повеяло жутью и злобой, демон знал, что этот человек не сможет пройти дальше.
Такие не проходят.
Человек сделал еще шаг.

Все его грехи ударили в него, пронзая насквозь, давя стыдом и упреком.
Человек остановился, каким-то привычным жестом вытянул перед собой руку,
будто пытаясь погладить демона, пробормотал успокаивающе: ну что ты яришься, глупышка...
Демона смело с дороги. То, что еще недавно вселяло ужас, сейчас выглядело жалкой дымящейся кучкой,
из которой глухо доносился тоскливый вой обожженного любовью зла.
Человек, пожав плечами, двинулся дальше. Он что-то бормотал под нос,
на его лице хмурое выражение сменялось улыбкой и обратно, свет становился все ближе,
обнимая и растворяя в себе, и только сбивчивое бормотание плыло над дорогой:
хм, таким взять меня думали, пол века женат, нет, не проймешь, не проймешь...

Собака, как несостоявшийся ангел.

Иногда думаешь о чем-то, ищешь ответы, и они приходят. Как фантазия,
память о не сбыточном, о том, чего не было, но хотело быть.
Собака... Её любовь, такой нет больше ни у одного живого существа. Её грусть.
И чем собака больше и умнее (а применимо ли к собаке вообще это слово в человеческом понимании?) тем больше грусти от непонимания, невозможности подтянуться до хозяина, стать рядом полноценно, а не вот так...
И редкие удачи абсолютной гармонии, которые только подтверждают общее правило: не вышло.
Что-то когда-то пошло не так.

Когда?
Идем во тьму веков. Первый человек Адам. Тогда еще не разделенный на мужское и женское начала, единый, полноценный андрогин. Образ и подобие Творца. Но уже тогда нуждающийся в помощнике. И помощь эта, мне думается, совсем не в ведении райского хозяйства. Возможно-для упражнения в творении, наверняка-что бы было с кем дружить, кого любить, и от кого получать любовь полной мерой.
Земное часто отражает небесное. И на земле, тогда еще в Эдеме, человек отражал Бога. Но не имел своих ангелов, так уж вышло.
Но естественно нуждался в подобном. И вот всё живое стоит перед человеком, и ждёт выбора. Одно или несколько из этих существ предназначены, заточены под него.
Ведь не стал бы Творец предлагать этот выбор, не обеспечив его возможность. Но не выбрал человек себе помощника.

Почему не вышло?
Излишняя ли самодостаточность тому виной? Нехватка любви? (Не стоит спорить, что при избытке свободы воли, любви нам отсыпано не густо).Гордость, первый грех, как прообраз грядущего грехопадения?
Сейчас можно только гадать. И так-же гадать, кто был предназначен в помощники.
Ангелы Божии, думается мне, имеют не очень много свободы выбора и творчества, но в избытке имеют имеют любовь и желание служить своему Творцу.
Кто из живущих на земле был бы способен на подобную роль в отношении человека? Я не вижу других вариантов, кроме большой и доброй собаки.
Не этой, нынешней, страдающей вместе со всем миром от грехопадения, а той, первой, райской... Бесконечно преданной и любящей, и способной дарить свою любовь человеку, и наверное, учить его этой любви.
Дополнять и помогать в главном, в способности любить. И человек, обучающий, подтягивающий в ответ
любимое существо до своих высот, выглядел бы в этом тандеме вполне уместно. И росли бы оба.
И, возможно, оба стали бы рядом с Творцом, как сыны, наследники царства, когда пришло бы время окончания обучения.

Но случилась беда. Первая беда райского сада. Беда, которая повлекла за собой все последующие беды: разделение полноценного человека на две неполноценные половинки, как следствие-грехопадение, потоп, искупление...
И вечная тоска по чему-то, чему современный человек не знает названия.
Не исключаю, что собака, подтянутая до определенного уровня в симбиозе с нами, смогла бы сформулировать причины этой тоски лучше нас.
Если по нам первая ошибка Адама ударила страшно, но косвенно, не менее страшно ударила она и по ней. Напрямую, сломав и обезсмыслив всю её суть.
Ведь человек создан для очень многого, а она создана только для одного-быть рядом, любить, помогать, жить своим "богом". И лишенная этой возможности, не понимая ничего умом, но понимая древним нутром,
она тоскует и страдает куда больше нас. Как страдал бы ангел, ни за что изгнанный Богом.

Дайте вашим собакам возможность любить вас, пусть эти отношения и будут бледным подобием того, что могло бы быть, но думаю, даже такие-они могут кое-что в нас поправить.

Сон

Мы сидим на траве, на обочине дороги, на улице ночь или поздний вечер, и смотрим на луну. Любуемся ей, в мире сна ей нельзя не любоваться.
Она огромная, чуть не в пол неба, на ней каким-то образом отражается земля, и сверкает ярко синим цветом облаков, морей и рек. Там кружатся странные вихри, из них свиваются загадочные узоры, и при взгляде на всё это-радость, и щемящая сладкая тоска, до слез, и невозможно отвести взгляд.
Я говорю своей спутнице-вот мы смотрим на неё каждый день, и от этого красота притупляется, мы не можем оценить её в полной мере, жаль...

Тут диск луны ударяет яркой вспышкой, начинают бегать люди, которые до этого сидели и смотрели на луну рядом с нами, а чуть позже слышен глухой гул и немного трясется земля.
Я понимаю, что это ядерный удар. Люди бегут к обочинам дороги, и ложатся там в кювет, что бы уйти от ударной волны.
Мы дергаемся было следом, но я говорю: не спеши, взрыв не близко, мы успеем дойти до дома, он же рядом. И мы встаем, и в свете потемневшей луны идем домой...

Сон. Или нет.

Иногда так бывает, что просыпаешься, и не помнишь что снилось, но остается ощущение сна, сюжет того, что могло присниться, а приснилось или нет-не знаю... И лежишь, додумываешь картины, еще не вполне проснувшись.

В этот раз был сюжет-будто снимаешь фильм или пишешь книгу, но скорее все-таки фильм.
Про сотворение мира, Адама и Еву.
Про выбор Адамом помощника себе среди живых существ, про то как он искал и не нашел, про то, как сотворенное под эту цель существо (рожденное быть близким и родным, идеальным симбиотом, почти половиной,в которой тогда не нуждался единый человек) осталось за пределами этого выбора.
И глаза, грустные и растерянные собачьи глаза...
Про последующее разделение человека на мужчину и женщину, как вынужденная мера при неудавшемся выборе. Тут смутно и сложно, это не передать.
Про жизнь в раю, прекрасной земле с понимающими и добрыми животными, с человеком, который видит эту землю ясно-ясно, как прекрасный сад, как божие творение, и себя в нём, и свою половину...
И про тот самый запретный плод.
Про то как после него открылись глаза. То-есть человеку показалось , что у него открылись глаза, а на самом деле исказилось восприятие, и вот уже не твоя половина и помощник смотрит на тебя, а женщина, непонятное и совсем другое существо, вызывающие совсем другие чувства.

Про изгнание из рая. Которое не изгнание на самом деле, человек остался в раю по прежнему, но как тень легла по всей земле, и человек всё стал видеть по другому.
И не только человек. Вот он смотрит на льва, и видит не друга-слугу, а дикую и опасную тварь, и лев смотрит на человека, и видит что-то новое исказившимися чувствами, и рычит. И человек рычит в ответ.
Рычит, уже не видя себя и других божьим творением, и землю садом, тьма закрывает истинное зрение, искажаются пропорции, рисуется новая и жуткая картина.

И эпилог... В котором все мы, живя в том-же самом раю, будучи прекрасными и светлыми, видим себя и других жутковатыми диковинами, чуждыми друг другу и опасными, и весь мир видим местом темным и страшным. И это кривое зеркало, искажающее наше восприятие и довлеющее над миром-и есть первородный грех.
Через который редко-редко прорывается, как луч света, истинное видение мира и друг друга, и тогда звучат слова "радость моя..."

Еще один сон

Сон глубокий, поэтому там нет для многого слов. Сон где и я вроде не совсем я, а уж окружающий мир-совсем не привычный мир.
В этом сне были какие-то дела, проблемы, задачи, и несколько раз какое-то существо (вроде дружественно настроенное и знакомое) предлагало мне опыт ощущения Бога (ну очень примерный перевод с языка смыслов того сна).

Для этого надо было принять (сьесть?) какую то вещь. И придти в нужное место.
И пару раз у меня что-то срывалось, это расстраивало и меня и существо. Я приходил в место, где должно было всё произойти, (что-то типа балкона с выходом на природу) но то ли не принял, то ли не так принял, то ли не так вышел, и что-то проходило мимо меня, оставляя ощущение досады. Не вышло.

А потом получилось. Успешно принял. И как надо вышел на это место.
Каким то другим взглядом увидел темные горы, зеленеющее в рассвете небо, всё еще черное над головой, поднял глаза, глядя на огромные звезды...

И оно пришло. Пришло так, что буквально сшибло с ног, уложило распростертого лицом вниз на землю, и я лежал и ловил это чувство, которого нет и не может быть в обычном мире, как грандиозная потрясающая симфония, но без звуков, да и никакие звуки не передали бы такого.
При попытке перевести это ощущение на слова-доброе величие? Может быть. Но конечно слов мало. И ты лежишь и ловишь каждую секунду,боясь что оно окончится. Ловишь, пока не просыпаешься.

З.Ы: В реальной жизни никогда не употреблял изменяющие сознание вещества)

Сон

Лето-пора отравлений. И так уж устроен организм, что необычные, нестандартные сны снятся при больном желудке.

За окном в конце июля начинается метель... Заносит город, скрывает зелень, темно даже днем.
Виной тому какое-то существо. У него есть имя, но я не вспомнил его проснувшись. Оно приняло облик кошки, и пришло ко мне.
Ему нужно тепло, любовь, радость общения Но именно по этому его спутники-холод, метель и темнота.
В ответ оно дарит то тепло и радость, какое только может подарить человеку любимое животное. То ощущение счастья, которое приходит, когда гладишь кошку или собаку, только усиленное многократно.

Пришло оно ко мне, потому что я лучше всех могу чувствовать и передавать подобное.
Мы дружим. Как то общаемся, не мыслями а эмпатически, и понимаем друг друга.
А за окном темнота и метель...

Но там, во сне, я много знаю про это существо. Знаю, что его жажда тепла будет расти. Что метель вокруг будет усиливаться, а под ним (в нём) собираться жара. Знаю, что когда оно приходило последний раз сотни лет назад-все закончилось вулканом на месте города, и им, греющимся в потоках лавы.

У меня дела, я оставляю его на балконе в метели, прошу подождать. Оно может проходить сквозь двери, но сейчас не проходит. Оно считывает все мои эмоции, и видит там что то, что обижает его.
И когда я возвращаюсь-его нет на балконе.
Зову, а в ответ тишина. Я знаю, что оно рядом, но оно обижено и не хочет выходить ко мне. Метель...
И тогда я говорю-Прости... В этом слове всё что я знаю о нем, всё, чего боюсь, и всё, что мы потеряли.

Мгновенно смолкает ветер, как прихлопнутый огромной рукой падает на землю снег, и начинает таять на зеленой траве. Появляется солнце.
Я понимаю, что оно ушло.
Какое то время стою у окна, со светлой грустью потери в груди, а потом иду за компьютер, интересно же, как сми отреагировали на такой климатический феномен в середине лета.

P.S А кошек я никогда не любил, вот собаки-да...